«Пандемический словарь»: правовые итоги 2020 года

«Пандемический словарь»: правовые итоги 2020 года

Наиболее обсуждаемые темы в юридической сфере в 2020 году
Ольга Сницерова, Советник, Руководитель корпоративной практики
01/27/2021
«Пандемический словарь»: правовые итоги 2020 года
Источник LFAcademy 

В 2020 году наиболее обсуждаемыми правовыми темами стали форс-мажор, мораторий, налоги и цифровое право – убеждены юристы-эксперты. Своей экспертизой по «правовым итогам» ушедшего года поделилась в публикации для портала LFacademy.ru руководитель практики корпоративного права Crowe CRS Legal, Ольга Сницерова

Уходящий год во всех смыслах стал особенным и преподнес юристам немало сюрпризов. Вместе с экспертами «Сфера» подводит итоги и вспоминает самые обсуждаемые темы 2020 года.

Бизнес: форс-мажор, мораторий, налоги, цифра

Форс-мажор. Пандемия была главным триггером и поводом для большинства основных изменений в законодательстве, а бизнес-сфере пришлось не только создавать новые правила игры, но и переосмыслить старые. Первое полугодие 2020-го было посвящено обсуждению норм, которые напрямую касаются исполнения обязательств и форс-мажорных обстоятельств. Основной темой дискуссий стали ограничительные меры и возможность признания их обстоятельствами непреодолимой силы. В связи с этим эксперты предрекают волну судебных споров, которая вряд ли завершится в этом году. Однако, отмечают они, нелегкий урок бизнес уже усвоил.

«В этом году слова “форс-мажор” и “непреодолимая сила” заиграли новыми красками. Впервые, как мне кажется, за последние сто лет юристы заговорили о возможности расценивать ограничительные меры, принимаемые в связи с COVID-19, как форс-мажор. К сожалению, практика, в том числе обращения клиентов, показала неверное понимание данной нормы права, что уже привело и приведет в будущем к многочисленным спорам по исполнению договоров и взысканию санкций за их нарушение. Понимая высокий уровень неопределенности в данном вопросе, Верховный Суд достаточно оперативно принял Обзор № 1 по вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространения COVID-19. 

Вместе с тем судебная практика не дала однозначного ответа на вопрос об отнесении ограничительных мер к обстоятельствам форс-мажора. Как пояснили суды, ограничительные меры могут быть признаны форс-мажором, если будет установлена причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства (то есть суд будет определять наличие или отсутствие данных обстоятельств для каждого конкретного правоотношения). Также в сфере регулирования форс-мажора впервые в российской практике появилась возможность получения заключения региональной ТПП о наступлении форс-мажора по сделкам, совершаемым на территории РФ. <…> Однако необходимо понимать, что само по себе заключение ТПП не является достаточным документом, подтверждающим наличие форс-мажора. В случае спора финальное мнение за судом», – объясняет руководитель корпоративной практики Crowe CRS Legal Ольга Сницерова

Среди других важных «коронавирусных» новелл для бизнеса Ольга Сницерова также называет возможность получить отсрочку при аренде имущества, приостановление права ресурсоснабжающих организаций на начисление, взыскание предусмотренных законом и договорами неустоек и мораторий на банкротство.

Мораторий. Последний пункт вызвал не меньше споров, чем форс-мажорные обстоятельства. Еще осенью, когда в правительстве и Думе рассматривался вопрос о продлении моратория, эксперты давали сдержанные оценки этой мере, ссылаясь на недостаточность реабилитационных процедур.

«Мораторий – это просто отсрочка. Было бы издевательством над бизнесом отсрочить судьбу, а потом бросить туда, куда российское банкротное право бросает должников, то есть в пропасть. Это было бы очень жестоким решением <…>.  Я не знаю, что еще должно случиться в экономике, чтобы реабилитационная процедура в России заработала. Насколько тяжело нужно заболеть, чтобы пациент, наконец, пошел к врачу?», – комментировал меру в интервью «Сфере» кандидат юридических наук, доцент Российской школы частного права, председатель Банкротного клуба, один из разработчиков закона о моратории на банкротство Олег Зайцев.

Опасения у юристов до сих пор вызывают последствия отмены моратория, который, по данным Федресурса, к 1 октября 2020 года распространялся на 517 тысяч юридических лиц и 1,61 миллиона индивидуальных предпринимателей. Если в 2021 году вслед за отменой ограничений последуют бесчисленные ликвидации предприятий, то крах может ожидать и их партнеров, что создаст эффект «снежного кома».

Налоги. Отдельно эксперты отмечают изменения в налоговом праве, хотя на них пандемия влияла опосредовано. «Ключевые события 2020 года в налоговой сфере, как ни странно, не связаны непосредственно с последствиями пандемии коронавируса. Предпринятые в связи с ней налоговые меры пока носят временный и узконаправленный характер и не позволяют констатировать наличие устойчивых изменений в этой связи, кроме, возможно, существенного расширения нормотворческих полномочий Правительства РФ в налоговой сфере, которое, как можно ожидать, станет постоянным атрибутом новой реальности», – считает доцент кафедры государственного и административного права Санкт-Петербургского государственного университета Сергей Овсянников.

«Вместе с тем к числу заметных налоговых событий уходящего года можно отнести значительное укрепление юридической составляющей в деятельности ФНС России, поскольку на руководящие посты выдвинулись авторитетные и компетентные налоговые юристы: Даниил Егоров (руководитель ФНС) и Виктор Бациев (его заместитель, бывший судья Высшего Арбитражного Суда РФ). Следствием таких изменений является разработка проекта масштабного документа, разъясняющего применение положений статьи 54.1 НК РФ о налоговых злоупотреблениях. Указанный акт ФНС призван концептуально изменить прежние подходы ФНС к оценке налоговых злоупотреблений и, с учетом его резонансного обсуждения среди широкого круга экспертов, очевидно, станет одним из главных триггеров налоговых изменений ближайшего времени», – добавляет эксперт.

Отдельно Сергей Овсянников отмечает ключевые решения Конституционного Суда, которые, по его мнению, положат начало положительной тенденции по использованию института деликтной ответственности. «В 2020 году был принят ряд знаковых решений Конституционного Суда РФ по налоговым вопросам, среди которых хотелось бы отметить постановление от 02.07.2020 № 32-П, в котором Конституционный Суд РФ попытался ограничить разрастающуюся практику использования механизма гражданско-правовой (имущественной) ответственности физических лиц по налоговым долгам налогоплательщиков. Хоть это первый и достаточно робкий шаг, но хочется верить, что намечается тенденция отказа от механического использования института деликтной ответственности для обхода специальных норм о пределах ответственности по налоговым долгам», – говорит Сергей Овсянников.

Гораздо более критично к итогам года в налоговом праве относится управляющий партнер петербургского офиса и руководитель уголовно-правовой практики коллегии адвокатов Pen & Paper Алексей Добрынин. По мнению адвоката, продолжает нарастать тенденция к усилению использования уголовно-репрессивных мер в предпринимательской сфере самим государством: власть «закручивает гайки», пытаясь любыми способами пополнить бюджет, что не скрывается и самими представителями правоохранительных органов.

«Это особенно заметно на примере налоговых споров, когда претензии предъявляются добросовестно действующей компании, контрагенты которой совершали сомнительные операции с организациями-однодневками, не уплатившими налоги. Причина проста – действующая организация, в отличие от фирмы-однодневки, имеет ресурс, чтобы заплатить налог. Такие налоговые споры все чаще заканчиваются возбуждением уголовных дел по налоговым составам исключительно в целях побуждения «живых» компаний пополнить бюджет налогами», – объясняет адвокат.

Общество: «дистанционка», «цифра», поддержка и домашнее насилие

Дистанционка. Еще весной эксперты прогнозировали, что отношения между работодателями и работниками уже никогда не будут прежними: уход всей страны на «удаленку», пусть и всего на несколько месяцев, изменит трудовое право. Они не ошибались. «Безусловно, одним из самых важных нововведений в трудовом законодательстве в 2020 году стало принятие поправок в главу 49.1 Трудового кодекса, регулирующую особенности труда дистанционных работников. В частности, с 2021 года будет легализована возможность совмещения дистанционной работы с работой в офисе по одному трудовому договору, а также у работодателей появится возможность в упрощенном порядке временно переводить работников на дистанционную (удаленную) работу», – комментирует Андрей Бережнов, заместитель декана, доцент кафедры трудового права юридического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова.

С особенностями дистанционной работы пришлось столкнуться не только рядовым «офисным» служащим, но и российским судам. В этом случае отдельных поправок не понадобилось, однако скорость технического прогресса, заданная пандемией, приятно удивила многих юристов. «Наиболее ярким и запоминающимся событием, или скорее даже явлением, стало массовое внедрение и использование электронных средств связи в рассмотрении арбитражных дел. В ситуации, когда проблематично, а порой и просто невозможно лично присутствовать в судебном заседании, все практикующие юристы, государственные органы и суды совершили довольно серьезный скачок вперед в освоении новых технологий и способов обмена информацией. Если новые возможности рационально использовать и в постпандемийном будущем, то участники процессов могут значительно сократить свои временные затраты на поездки в другие регионы, когда в личном присутствии нет необходимости, и онлайн-конференция является достойной заменой. Мы следим за подготовкой соответствующего законопроекта и надеемся на широкие возможности использования онлайн-правосудия в ближайшее время», – прокомментировал Сергей Спасеннов, старший партнер «Пепеляев Групп».

Переход в «цифру». Прогресс коснулся не только рабочих, но и финансовых вопросов. Одним из самых ожидаемых в 2020 году был закон «О цифровых финансовых активах», который вступит в силу 1 января 2021 года. Нынешняя законодательная инициатива стала немного смелее и конкретнее, чем принятый уже «Закон о цифровых правах». С одной стороны, новелла вводит понятие «цифровая валюта» (не криптовалюта), определяя ее как инвестицию либо средство платежа. С другой стороны, в России будет запрещено использовать ее для оплаты товаров и услуг. Однако, по мнению адвоката ЮК «Альтависта», члена Совета молодых адвокатов Москвы Валерии Аршиновой, Закон о ЦФА все равно важен с точки зрения практики. «Теперь криптовалюту можно будет обоснованно внести в конкурсную массу, передать по наследству или разделить в браке, а также проводить расследование в случае ее кражи, то есть вывести из «серой зоны». При этом закон не распространяется на иностранные блокчейны и токены на их основе», – поделилась адвокат. 

При этом у нового закона о цифровых валютах есть и яркий запретительный посыл, отмечает Елена Авакян. С 1 января 2021 года будут введены запреты на выпуск криптовалюты (цифровой валюты) частными лицами, за исключением выпуска легальной криптовалюты под контролем Банка России, цифровую валюту и ее оборот на территории РФ и саму организацию выпуска и оборота цифровой валюты. При этом под запрет подпадают не только операции с криптовалютами и совершение сделок с ними, но также и майнинг. Фактически подобным регулированием государство оттесняет майнинг, который мог бы приносить прибыль (в том числе в форме налогов), в черный сегмент рынка, считает эксперт. Тем не менее, в августе 2020 в России был впервые выдан первый кредит под залог криптовалюты, а Сбербанк анонсировал выпуск криптовалюты Sbercoin, которая будет привязана к рублю и, как ожидается, поможет кредитной организации ускорить расчеты в своей экосистеме.

Социальная поддержка. Пожалуй, ни один год еще не отличался такой государственной щедростью. Россияне смогли воспользоваться увеличенным пособием по безработице и измененной выплатой по листку нетрудоспособности. Должники по коммунальным услугам смогут избежать штрафов за просроченные платежи. Семьи с детьми получили несколько единовременных выплат на каждого ребенка, ежемесячные выплаты добавили малоимущим семьям. Отдельные выплаты выделили медикам, работающим с заболевшими COVID-19.

К регулированию здравоохранения законодатель вообще подошел особо. Например, в 2020 году получить больничный лист можно не выходя из дома, а поправки к закону «Об обращении лекарственных средств» позволили заказывать лекарства через интернет, в том числе и отпускаемые по рецепту. Впрочем, фармрынок ждали и другие, на этот раз не самые приятные, новеллы: так, были введены штрафы за завышение цен на лекарства, а у правительства появилась возможность на 90 дней ограничивать розничную и оптовую продажу медизделий в случае ЧС. Отдельные поправки в КоАП ввели ответственность за нарушение карантина как при чрезвычайных ситуациях, так и в «режиме повышенной готовности».

Домашнее насилие. Социальная поддержка ждала не всех. На фоне пандемии, когда в начале года сбежать от семейных проблем было некуда, работы у юристов, специализирующихся на брачных контрактах и разводах, прибавилось значительно. Далеко не все россияне готовы были договориться по-хорошему: на карантине значительно выросло количество случаев домашнего насилия.

«Шутки и мемы на тему браков и разводов на карантине на деле оказываются абсолютной правдой. Мы ежедневно наблюдаем, как этот мировой кризис повлиял и на семейные отношения в правом ключе. Происходило очень много семейно-бытовых конфликтов, огромное количество семейного киднеппинга, много разводов, в том числе трансграничных», – отмечает партнер и руководитель практики «Особых поручений (Sensitive Matters)» коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерина Тягай.

Однако широкое обсуждение темы почти никак не сказалось на законодательстве. Ни закон о профилактике семейно-бытового насилия, ни поправки в Семейный кодекс, которые предлагала группа сенаторов и депутатов, так и не были приняты. Главное изменение в правовом регулировании личных отношений пришло совсем с другой стороны: поправки в Конституцию РФ закрепили вполне определенный государственный взгляд на институт семьи, что брак – это союз мужчины и женщины. «В очередной раз было подчеркнуто, что страна в виде публичной власти считает только такие пары  легитимными. Конечно, огромное количество людей, которые под это не попадают, становятся в уязвимое положение», – комментирует Екатерина Тягай.

Власть: поправки к Конституции и судебная система

Поправки. Одним из ключевых «правовых» событий года стало принятие пакета поправок к Конституции РФ. Основной их массив касался властных полномочий, в том числе президента, правительства, премьера, обеих палат парламента и высших судов. Судьба Конституции решалась на летнем общенациональном референдуме. Его перенос в связи с пандемией также повлиял на законодательство – так был принят закон о дистанционном голосовании на выборах и референдумах, который позволяет голосовать по почте. Среди ключевых пунктов в пакете поправок – «обнуление» президентских сроков, право экс-глав государства получать статус «пожизненного» сенатора и неприкосновенность, а также дополнительные критерии для кандидатов на президентский пост.

Судебная система. Особое место в поправках заняли изменения системы судебной власти. Так, изменился порядок избрания председателей высших судов и их заместителей – отныне они могут назначаться по представлению главы государства. Кроме того, было сокращено количество судей Конституционного Суда (с 19 до 11) и введена норма о лишении судей полномочий по представлению Совета Федерации или президента в случае поступка, порочащего честь и достоинство судьи. Что предполагается под таким поступком – еще предстоит обсудить профессиональному сообществу.

«Как мне кажется, будет очень некрасиво смотреться, если прямо в Конституции упомянут, что судьи могут быть сняты с должности за поступки, порочащие честь и достоинство, а президент при этом может быть отрешен от должности только за тяжкие уголовные преступления. В законе о статусе судей написано, что судья подлежит ответственности за нарушение закона и кодексов судейской этики – эти нарушения порочат честь и достоинство судьи, умаляют авторитет судебной власти. Но я не знаю, надо ли писать это в Конституции. Может быть, авторы поправок и считают, что это повысит авторитет судебной системы, но я не думаю, что именно здесь корень проблемы, из-за которой у нас только 15 процентов граждан доверяют судам общей юрисдикции. Конституционному Суду, наверное, доверяют процентов 90 граждан», – комментировала «Сфере» соответствующие поправки еще до их принятия профессор МГЮА Светлана Нарутто.

Осенью добавилось и еще одно нововведение – к 1 января 2023 года будут упразднены конституционные и уставные суды субъектов РФ, вместо них регионы смогут создавать «конституционные советы» при своих законодательных органах.

Практика Корпоративного права Crowe CRS

Контакты

Ольга Сницерова
Ольга Сницерова
Советник, Руководитель корпоративной практики
Москва