ЕСПЧ ограничил взыскание налоговых долгов компании с топ-менеджеров
ЕСПЧ ограничил взыскание налоговых долгов компании с топ-менеджеров
Разбор постановления по делу «Агапов против России»
Дмитрий Барский, Советник, Руководитель налоговой практики
10/20/2020
ЕСПЧ ограничил взыскание налоговых долгов компании с топ-менеджеров

Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес Постановление по жалобе А.А. Агапова, где затронул один из самых актуальных вопросов российского права – применение норм гражданского законодательства к налоговым правоотношениям. Существующий подход нарушает Европейскую конвенцию по правам человека. «Пробелы законодательства не должны использоваться против частных лиц», – считают наши юристы. Все острее нуждается в пересмотре практика переноса ответственности за долги компании, получившая распространение после дела Ахмадеевой три года назад.

Фабула дела 

Компании, которой руководил Агапов А.А, были доначислены пени и штрафы по результатам налоговой проверки. За истечением срока давности уголовное дело в отношении гендиректора не было заведено, однако его обязали выплатить все штрафы по правилам гражданского законодательства. Ответчик обратился в ЕСПЧ.

Страсбургский суд высказал позицию: в российском законодательстве необходимо пересмотреть процедуру переложения налоговых обязательств организации на другое лицо. При существующем подходе перенесение ответственности с компании на ее генерального директора нарушает ст. 6 Европейской конвенции по правам человека. 

Наше мнение 

Рассматривая дело Агапова А.А., ЕСПЧ допускает: налоговые санкции могут быть применены к физическому лицу, отвечающему за деятельность компании, даже в отсутствие приговора по уголовному делу. 

По мнению Суда, такое решение может быть оправданным для защиты интересов кредиторов компании, включая государство (как например, в деле «Ходорковский и Лебедев против России» от 25 июля 2013 г.).

При этом ЕСПЧ отметил, что крайне важно это урегулировать законодательно: обозначить ответственность и защитить работников. 

Мы считаем, что пробелы и неопределенность в законах не могут использоваться государством в ущерб интересам частных лиц. На это неоднократно обращали внимание и российские суды, в том числе КС РФ (Постановление от 14 июля 2005 г. № 9-П). Взыскать налоговую недоимку организации с работника можно только в исключительных случаях: если в результате действий работника стало объективно невозможно взыскать недоимку с организации.

Вина налоговых органов в пропусках сроков изъятия недоимки с организации не повод для перехода ответственности компании на гендиректора. 

Корень проблемы 

Проблема применения норм гражданского законодательства к налоговым правоотношениям получила широкое распространение с принятием Конституционным Судом РФ (КС РФ) Постановления от 8 декабря 2017 г. № 39-П (далее – Дело Ахмадеевой). В нем КС РФ заявил о возможности для налогового органа привлекать к исполнению чужой налоговой обязанности физических лиц, чьи действия стали причиной непоступления в бюджет от имени организации-налогоплательщика. 

Однако в Деле Ахмадеевой КС РФ отразил принципиально важный вывод: переложить ответственность по налоговым долгам с организации на ее работника, ответственного за ведение налоговой отчетности, можно только в исключительном случае. Это объективная невозможность взыскать недоимку с самой организации. 

В то же время критерий «объективной невозможности» КС РФ не раскрыл. Правоприменительная практика столкнулась со сложностями: можно ли взыскать недоимку с ответственного физического лица по правилам гражданского законодательства, если в отношении организации открыто конкурсное производство? Является ли «объективной невозможностью» то обстоятельство, что налоговые органы пропустили пресекательные сроки?

Считаем, что выработанный судебной практикой институт субсидиарной ответственности по налоговым долгам имеет право на существование только тогда, когда в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации организации либо организация является фактически недействующей. При этом правовые основания для переквалификации налоговой недоимки в ущерб бюджетной системе должны быть определены в национальном законодательстве. 

Следовательно, не образует «объективной невозможности» ситуация, когда налоговые органы по своей вине пропускают пресекательные сроки на изъятие недоимки с организации. Такой подход согласуется с позицией КС РФ и ЕСПЧ1: ошибки и просчеты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных лиц. Риск таких ошибок несет государство, и они не могут устраняться за счет заинтересованного лица. 

Информация об услугах Crowe CRS в области налоговых споров здесь






________________
1Постановление КС РФ от 2 июля 2020 г. № 32-П, Постановления ЕСПЧ от 5 января 2000 г. по делу «Бейелер против Италии», от 6 декабря 2011 г. по делу «Гладышева против России».

Контакты

Дмитрий Барский
Дмитрий Барский
Советник, Руководитель налоговой практики
Москва